Часть 2. Восстановление древней Сионской базилики и сооружение временного русского храма во имя святителя Николая в Мирах Ликийских


Глубокое благоговейное почитание святителя Христова Николая русским народом и непрекращающееся тяготение сего последнего к его мироточивым нетленным мощам послужили причиной для зарождения в России так называемого мирликийского вопроса, перешедшего затем в барградский, ныне, благодарение Богу, близящийся к своему благополучному разрешению.

В начале 1850 года известный русский паломник-писатель А.Н. Муравьев на обратном пути из Иерусалима в Россию случайно посетил место подвигов и блаженной кончины святителя Николая Чудотворца, запустелый город Миры Ликийские и в нем печальные развалины древнего Сионского храма, где первоначально почивали мощи свт. Николая Чудотворца до перенесения их в 1087 году в Бар-град. Пораженный убожеством этих драгоценных и близких русскому сердцу развалин, А.Н. Муравьев воспылал горячей ревностью во что бы то ни стало приобрести их в собственность России с целью восстановить древний храм на этом месте высоких архипастырских подвигов и вечного упокоения в течение нескольких веков свт. Николая, Мирликийского Чудотворца.

А.Н. Муравьев, с благословения приснопамятного Московского митрополита Филарета, коему он поведал свое благочестивое намерение, и с разрешения Святейшего Синода скоро собрал в России путем щедрых пожертвований необходимую сумму и приобрел, однако, не на свое имя, что было воспрещено турецкими законами, а на имя одного из местных поселян не только развалины древнего храма, но и прилегавший к нему значительный земельный участок, входивший отчасти в черту давно упраздненной и полуразрушенной крепости. Начавшаяся в 1856 году Крымская война помешала приступить к восстановлению храма, но после ее окончания А.Н.Муравьев вновь принялся за это благое дело. В 1860 году при деятельном участии французского архитектора Зальцмана на древних развалинах возникла полутемная, в нижнем этаже бывшего Сионского храма, небольшая русская церковь во имя свт. Николая Чудотворца. Признавая необходимым закрепить мирликийские владения за Россией, А.Н. Муравьев обратился к тогдашнему русскому послу в Константинополе графу Н.П. Игнатьеву, близко принявшему под свое покровительство в целом объеме весь мирликийский вопрос, с просьбой оказать ему свое мощное содействие в этом трудном деле. Хотя граф Н.П. Игнатьев являлся в ту пору противником земельных приобретений иностранцев в Турции, однако, несмотря на это, он взялся ревностно за дорогое ему русское народное дело. Ввиду того, что ему лично, как занимавшему высокое положение в Турции, и по указанным выше основаниям, было неудобно закрепить мирликийские владения на свое имя, то он сделал это на имя своей тещи — княгини А.М. Голицыной.

Но и на этом незабвенный русский государственный деятель на Востоке не остановился, а пожелал задуманное благое начинание довести до благополучного конца. С этой целью граф Н.П. Игнатьев испросил у Святейшего Синода в 1876 году разрешение на производство повсеместного в России сбора пожертвований на восстановление в Мирах древней Сионской базилики свт. Николая Чудотворца. Сбор этот производили прибывшие для этого афонские иноки. В это время в Петрограде на Песках возводилась часовня в память чудесного избавления Государя Императора Александра II от злодейского покушения в 1867 году в Париже. Сборщики — афонские иноки — склонили строителей-жертвователей приписать эту часовню к Русской мирликийской церкви свт. Николая Чудотворца с обращением ее доходов на восстановление в Мирах древней базилики с сохранившейся в ней гробницей святителя. Вскоре последовало со стороны Святейшего Синода надлежащее разрешение на указанную передачу часовни свт. Николая на Песках. С 1880 года часовня перешла в ведение Петроградского епархиального начальства, хотя за ней и сохранено было по-прежнему назначение собирать пожертвования на восстановление мирликийской базилики свт. Николая. Спустя ровно 25 лет часовня эта в 1905 году была перестроена и обращена в Николо-Александровскую церковь.

По окончании Русско-Турецкой войны 1877-1878 годов, когда пользовавшийся громадным влиянием на Ближнем Востоке граф Н.П. Игнатьев к своему посту не вернулся, положение мирликийского вопроса сразу же и весьма резко изменилось. Вселенский патриарх, который до этого времени воздерживался от какого-либо вмешательства в мирликийское дело, воспользовавшись тем, что во время войны афонские иноки, которым поручено было временно заведовать храмом в Мирах Ликийских, покинули русские мирликийские владения, немедленно послал туда греческое духовенство и передал храм и земельный участок при нем Писидийскому митрополиту. Турецкое правительство признало действия вселенского патриарха правильными и выдало в 1879 году ему даже особое тескере, где объявлялось, что мирликийская церковь не может быть передана русским по соображениям военно-стратегического характера.

Исчерпав все средства к обратному получению захваченных мирликийских владений и не видя возможности подвинуть дело личным влиянием, граф Н.П. Игнатьев от имени княгини Голицыной передал в 1886 году права на церковь и земельные участки в Мирах покойному Великому Князю Сергию Александровичу как Августейшему председателю Императорского Православного Палестинского общества, рассчитывая при его содействии добиться благоприятного разрешения мирликийского вопроса. Вскоре после сего, в сентябре 1888 года Святейший Синод, желая сосредоточить мирликийское дело в одном месте, передал Палестинскому обществу собранный на восстановление храма в Мирах Ликийских капитал, достигший к тому времени 73046 рублей 32 коп. В целях дальнейшего постепенного возрастания на указанный предмет денежных средств Святейший Синод вместе с тем приписал к Обществу и саму часовню, в которой Великий Князь Сергий Александрович принял на себя с соизволения Государя Императора звание ее ктитора.

В Бозе почивший великий князь пожелал вновь возбудить вопрос о возвращении в русское владение церкви и земельных участков в Мирах, поручив все это дело Императорскому Православному Палестинскому обществу. К глубокому сожалению, все меры, принятые Обществом в этом направлении, не имели никакого успеха. Со стороны Турции возникло даже подозрение к русскому правительству, которому приписывалось намерение этим путем создать военный оплот в Средиземном море. Такие измышления, невзирая на всю их невероятность, были приняты, однако, Турцией с доверием под влиянием страха перед Россией после победоносной войны ее в 1877-1878 годах. Это привело к тому, что турецкое правительство признало за русским владением в Мирах важное военное значение. В 1891 году турецкий государственный совет постановил считать приобретенные Россией в Мирах земли потерявшими своих владельцев ввиду того, что со времени приобретения они не обрабатывались русскими и посему подлежащими, согласно существующим в Турции законам о земельной собственности, отчуждению в пользу государства.

После такого решительного постановления высшего турецкого правительственного учреждения ни у кого уже не оставалось даже слабой надежды восстановить мирным путем утраченные Россией права на мирликийские владения, и таким образом все заботы о достойном возвеличении памяти великого угодника Христова святителя Николая, естественно, должны были лечь на Бар-град, где покоятся его мироточивые мощи, тем более что мало-помалу выяснилось в подробностях то крайне затруднительное во многих отношениях положение, в каком нередко оказываются многие из русских паломников, направляющихся в город Бари для поклонения мощам святителя.
© 2005-2012 ПС "Божия Правда"

 
Получить код баннера можно здесь
html counterсчетчик посетителей сайта

 
Работает на: Amiro CMS